Работа ботоферм и штатных «активистов» сегодня — это не просто хаос, а четко выстроенный конвейер с жесткой отчетностью. В 2024–2025 годах система стала еще более автоматизированной благодаря ИИ, но база осталась прежней.
©Украинская правда
У каждого сотрудника есть норматив, который он вносит в специальную внутреннюю панель или таблицу:.
Средняя норма — около 50 комментариев в день под новостными статьями и постами.
Один «оператор» может вести от 6 до нескольких десятков аккаунтов в разных соцсетях одновременно.
Минимум 3 оригинальных поста в день и участие в групповых дискуссиях (минимум 2 раза за смену).
Раньше отчеты часто состояли из прямых ссылок на комментарии. Сейчас системы мониторинга (вроде тех, что использовались в «Агентстве интернет-исследований») автоматически фиксируют активность под нужными тегами или темами.
Работа ведется по строгому графику (часто 2/2 или 12-часовые смены). Аналитики фиксируют падение активности ботов в выходные и праздничные дни, что подтверждает их «офисный» статус.
Активисты получают «темник» — набор тезисов, которые нужно продвинуть. Отчет включает проверку на соответствие «линии партии».
Отдельный пункт отчета — «перебивание» повестки или массовые жалобы на посты оппонентов с целью их блокировки.
Вместо ручного написания 1000 похожих фраз боты теперь используют нейросети для создания уникального, но идеологически «правильного» контента. В отчетах это проходит как «объем сгенерированного взаимодействия».
Отчеты теперь включают не только текст, но и видео (например, в TikTok), где ИИ-персонажи зачитывают нужные тезисы.
Так что «нагадил за смену» — это для них вполне измеримый параметр в виде количества символов, охвата аудитории и заблокированных по жалобам аккаунтов «врагов».
А ведь, йопт, это же кому то нужно!!!
На это тратятся колоссальные ресурсы.
С точки зрения закона деятельность ботов это дезинформация или манипуляция, за которые во многих странах. Если бот «накликал» рекламу — это ущерб рекламодателю, и такие дела по «фрод-мошенничеству» в бизнесе случаются чаще, но они не публичны.
Часто ботофермы работают в интересах самого государства или околовластных структур. Глупо ожидать, что ведомство будет расследовать работу своих же «цифровых активистов».
Ботоферма может находиться в одной стране, а «гадить» в сегменте интернета другой. Юрисдикции не пересекаются, и выдать преступников почти невозможно.
Трудно юридически связать конкретного человека с тысячей анонимных аккаунтов. В суде защита часто настаивает, что это «просто личное мнение множества людей» или «технический сбой».
Ирония в том, что ИИ сегодня — это одновременно и лучший сыщик, и самый искусный преступник. Технически выявить ботоферму можно, но это превратилось в бесконечную «гонку вооружений».
ИИ видит, как двигается мышь, с какой скоростью набирается текст и как происходят клики. У ботов эти паттерны слишком механические.
Алгоритмы строят карты связей между аккаунтами. Если 500 «людей» из разных городов внезапно одновременно начинают репостить один и тот же пост, ИИ мгновенно видит эту аномалию.
ИИ анализирует железо, IP-адреса и настройки браузера. Ботофермы часто используют похожие конфигурации, что их и выдает.
Раньше ботов ловили по одинаковым фразам. Теперь нейросети пишут 1000 уникальных комментариев по одной теме, имитируя разный стиль, ошибки и эмоции. Исследования 2025 года показывают, что ИИ обеспечивает ботам до 95% уникальности контента.
Современные боты больше не спамят 24/7. Они «спят» ночью и «работают» в бизнес-часы, чтобы их активность выглядела как типичный график офисного сотрудника.
Создать 10 000 ИИ-ботов сегодня дешевле и быстрее, чем обучить одну систему защиты. Боты — это «пушечное мясо» интернета: если одну ферму забанят, через час поднимут новую.
Платформам (facebook, X, Instagram, VK) выгодно показывать инвесторам рост аудитории и активности. Жесткая борьба с ботами может «срезать» статистику посещаемости на 30–50%, что обрушит акции компании.
ИИ-детекторы работают отлично против старых «глупых» ботов, но пасуют перед новыми ИИ-агентами, которые ведут себя как живые люди.
Электронное голосование (e-voting) — это «святой грааль» для любой власти, но и огромный риск для демократии.
В интернете никто не гарантирует тайну волеизъявления. Как вы и описали случай с главой сельсовета: что мешает начальнику бюджетного учреждения собрать сотрудников в кабинете и заставить их авторизоваться в «Дії» и проголосовать под его присмотром?
В бумажных выборах есть наблюдатели, которые видят физические бюллетени. В «Дії» подсчет голосов происходит внутри программного кода. Даже если код открыт, обычный гражданин не может проверить, что именно та версия кода работает на сервере в момент подсчета.
Если бумажные протоколы разбросаны по тысячам участков (что затрудняет масштабную фальсификацию в одном месте), то цифровая база данных — это единая точка отказа. Если взломать или подправить базу в центре, меняется результат по всей стране.
Напрямую «вбросить» голоса через ботов в «Дію» будет может быть и сложно, так как нужна привязка к BankID, паспорту и биометрии (FaceID). Но ботофермы будут работать усиленно.
Будут создавать ощущение, что «все уже решено» или что определенный кандидат — единственный спаситель. Будут массовые атаки на оппозиционных спикеров через жалобы и спам. Будут распространять фейки о том, что «система уже взломана» или «вас вычислят по голосу», чтобы сомневающиеся просто не пошли голосовать.
В Эстонии (лидер e-voting), на которую сейчас все показывают пальцем, введена система «переголосования»: вы можете менять свой голос онлайн сколько угодно раз до закрытия участков. Считается только последний. Это сделано именно для того, чтобы, если вас заставили проголосовать под давлением, вы могли прийти домой и в тишине проголосовать правильно.
В Украине крайне низкий уровень институционального доверия. Если люди не верят судам и полиции, они не поверят и «цифровой коробке». Любой результат в «Дії», который будет сильно отличаться от ожиданий, может вызвать социальный взрыв.
Когда процедура (онлайн-голосование) не вызывает доверия, а набор кандидатов кажется продуктом одной и той же системы. В такой ситуации игнорирование выборов становится единственным доступным способом выразить протест, своего рода пассивным сопротивлением.
Если при физическом вбросе пачек бюллетеней нужны сотни соучастников (членов комиссий), то в цифровой системе для «корректировки» цифр достаточно узкого круга лиц с доступом к базе данных или серверу.
Даже самая совершенная технология (блокчейн, ИИ-контроль) бесполезна, если в списке только те, кто прошел «фильтр» системы. Это превращает выборы в референдум по одобрению, а не в реальный выбор.
Описанные нами ранее ботофермы работают именно на то, чтобы у таких людей, как вы, опустились руки. Их цель — убедить активного гражданина, что «всё решено», «все одинаковы» и «твой голос ничего не изменит».
Сейчас глубочайший кризис доверия вк власти. В истории были случаи, когда массовая неявка заставляла власть менять правила игры, но в условиях цифровизации власти часто «рисуют» не только результат, но и саму явку, чтобы создать видимость народной поддержки.
Самый высокий и эффективный барьер, который делает политику закрытым клубом для сверхбогатых — это денежный залог, юридический фильтр, который превращает выборы из состязания идей в состязание капиталов.
Для участия в президентских выборах или для регистрации партийного списка на парламентских, нужно внести залог в размере десятков миллионов гривен
Если кандидат не проходит во второй тур или партия не преодолевает 5% барьер, эти деньги не возвращаются, а уходят в бюджет. Честный человек, даже если он гениальный управленец, никогда не соберет такую сумму «с зарплаты». Это вынуждает его идти на поклон к олигархам или финансово-промышленным группам. В тот момент, когда он берет у них деньги на залог, он перестает быть свободным.
Даже если предположить, что честный человек нашел деньги (например, через краудфандинг), он сталкивается с проблемами.
Чтобы о «честном человеке» узнали, нужны охваты. Большинство крупных СМИ принадлежат тем же группам, что оплачивают залоги «своим» кандидатам. Как только появляется независимый кандидат, против него включается та самая машина, о которой мы говорили в начале — ботофермы. Его либо высмеивают, либо заваливают фейками, чтобы он выглядел «сумасшедшим одиночкой» или «проектом врагов».
Практически — система выстроена так, что институционально вы не можете победить без структуры. В некоторых странах Европы залог заменяют сбором подписей. Если ты популярен и тебе верят, люди ставят за тебя подписи, и ты регистрируешься бесплатно. Но в наших реалиях подписи часто подделывают, и это становится еще одним поводом для власти снять «неудобного» кандидата через суд.
Вам обязательно предложат:
«Номенклатура»: Кандидат в костюме и галстуке (традиционная власть).
«Силовик/Радикал»: Кандидат в кожаном ошейнике и агрессивном красном (скрытая или явная диктатура).
«Либерал/Менеджер»: Кандидат в синей рубашке (образ «нового лица»)
Но все они будут из одного ларца.
Вот поэтому я не пойду на выборы. Как бы красиво их не преподносили и какими бы сортами меда не обливали кандидатов. Этой стране до демократии, как до Австралии по канализации.
Более 30 лет Украина оттачивала манипуляции на выборах. Даже при наилучших раскладах изменить психологию человека не получится. Я точно до того не доживу.
Зовите Моисея!
P.S. «Материал подготовлен на основе интервью с искусственным интеллектом Google»