Ночь окутала город своим мрачным покрывалом, и в воздухе витала напряжённость. Слышались отдалённые звуки, крики и шёпоты, которые могли бы напугать даже самых смелых.
Иногда кажется, что мир устроен так, чтобы сломать человека. Не просто ударить — а методично, день за днём, выжигать в нём всё человеческое. Тебя предают те, кому ты доверял больше всего. Тебя травят те, кому ты когда-то помогал. Тебя пытаются убить — не всегда ножом или пулей, чаще медленно, через унижение, через ложь, через отравленную повседневность.
И вот ты стоишь на краю, с кровью во рту, с пустотой внутри, и в голове стучит одно: «Почему я должен прощать? Почему не пожелать им того же самого, только хуже?»
Но, если ты настоящий человек — ты этого не делаешь. Никогда. Даже когда хочется. Особенно, когда хочется.
Настоящий человек помнит, кем он создан. «По образу и подобию Божьему».
Это приговор и благословение одновременно.
А образ Божий — это не борода и не белые одежды. Это даже не регулярное посещение храмов и участие в общей молитве. Образ Божий — это умение любить даже тех, кто поступает с нами плохо, оставаться на моральной высоте, не погружаясь в боль и ненависть. Образ Божий — это сострадание и созидание добра во благо других.
Я допускаю — и даже уверен, — что есть люди, созданные словно по образу гиен. Они чуют слабость за версту, собираются стаей, рвут падаль и смеются над чужой болью. Их глаза не светятся — в них только отражение добычи. Они не ищут правды, они ищут уязвимое место. Им не нужно солнце — им достаточно запаха крови. С такими не стоит спорить о морали. С ними не стоит даже делить воздух, если возможно. Но даже им не нужно не желать зла. Не потому, что они его не заслуживают. А потому, что ты не имеешь права становиться одним из них.
Желать зла — значит опускаться до их уровня. Значит признавать, что твоя боль сильнее твоей природы. Значит позволять им победить дважды: сначала телом, потом душой. А настоящий человек — это тот, кто даже в агонии сохраняет вертикаль. Тот, кто, падая, не тянет за собой других в грязь. Тот, кто понимает: месть — это всегда сделка с тьмой. Ты получаешь мгновенное облегчение и вечное осквернение. Мир может быть жестоким и предательским, но это не повод переставать видеть в людях доброту и не забывать свою человечность.
Я знаю, как это тяжело. Моя жизнь никогда не была легкой. В ней было всё. И радости были, и великое горе. Переживал разные времена и разные политические идиотизмы. А вот такого, чтобы во всем и везде была справедливость, чтобы власть руководствовалась прежде всего общечеловеческими ценностями, пока не переживал. И каждый раз новая власть разворачивала страну на 180° и каждый раз были виноваты во всем папередники. И ни разу, никто даже не попытался восстановить справедливость и компенсировать народу вред, принесенный бывшими.
После Второй мировой наши деды и родители сами восстанавливали свои дома и свои дворы. В ходе войны Киев потерял около 40% жилого фонда. Центральные районы (особенно Крещатик) и левобережная Дарница лежали в руинах. Те, чьи дома были сожжены или взорваны, переселялись в подвалы разрушенных зданий, наспех сколоченные бараки и землянки. Целые «городки» из землянок возникали на окраинах города, пустырях, в парковых зонах и на склонах Днепра. Голод 1947 стал третьим массовым голодом в Украине в XX веке. Да, были объективные причины: засуха 1946 года, нехватка техники, лошадей и мужских рук в селах. Но самая страшная причина была в жесткой государственной политике того времени. Осенью 1946 года государство резко урезало нормы выдачи хлеба и лишило карточек миллионы иждивенцев и сельских жителей, чтобы сэкономить резервы. Украинские села и города голодали, а руководство страны демонстративно экспортировало миллионы тонн зерна во Францию, Болгарию, Польшу и Румынию, чтобы укрепить геополитическое влияние и продемонстрировать «преимущества социализма».
Органы ЗАГС и медицинские учреждения получили негласные указания засекречивать реальные причины смертности. Голодную смерть пожилых людей часто автоматически списывали на «естественные причины» или старость.
В семье моей мамы было 12 детей. Осталось трое. Моя мама инвалид детства первой группы. И я знаю о тех временах и по документам, и по рассказам людей, пережившим тот период.
Когда умерла наша соседка, мы обнаружили в ее квартире полную кладовую стеклянных банок, закатанных крышками, в которых были мука и крупы. Она знала, что такое голод. И очень боялась его повторения. Экономила на всем и делала запасы. А на улице был благополучный 1975 год.
Я прекрасно понимаю, что значит быть в ситуации, когда на тебя совершается нападение, когда твои дети остаются без защиты, когда твое имя оказывается поношенным и опороченным, а тебе при этом приходится оставаться в молчании. Ты осознаешь, что стоит лишь произнести хоть слово в ответ, и последствия могут быть еще более ужасными. Никому не интересно твое мнение, твои переживания или мысли. Их интересует лишь твоя боль, твоя мольба о помощи и страдания, которые ты испытываешь. Они получают удовольствие от этой власти, от ощущения, что могут делать с тобой все что угодно, как будто они — нечто большее, чем просто люди. Ты молчишь, потому что тебе жалко своих близких. Кровь скипается в тромбы, бьет в голову. Хочется, чтобы они почувствовали то же самое. Чтобы их дети плакали. Чтобы их ночи были без сна. Чтобы их мир рухнул так же, как рухнул твой. Это человеческое. Слишком человеческое. Многие не выдерживают и начинают отвечать на зло тем же. Но проблема в том, что победить систему, даже если ты нанесешь удар кому-то из ее представителей, невозможно. Это как с мифической гидрой: на месте отрубленной головы вырастают три новые. Один человек не в состоянии сломать систему, даже если он обладает силой Геракла. В мифах он мог очистить Авгиевы конюшни, но в нашей реальности он бы даже не прошел мимо охраны. Сложно не отвечать злом на зло, особенно когда оно касается тебя лично. Но именно отказ от мести позволяет сохранить душу в чистоте.
Настоящий человек — это тот, кто преодолевает в себе это «слишком человеческое». Когда Бог создавал нас, Он вложил в нас нечто большее, чем просто инстинкт стаи. Он дал нам свободу. Свободу сказать «нет» даже своей крови, когда она требует мести. Иисус, находясь на кресте, не проклинал своих палачей. Он молился за них. Это не проявление слабости — это высшая сила, которую не могут понять те, кто живет в жестоком мире. Прощение и сострадание — это не признак слабости, а проявление истинной силы и свободы выбора. Да, я множество раз слышал, что Иисуса выдумали. Слышал как раз от тех, кто грабит, убивает и благословляет на злодеяния. Слышал от тех, кто предает. И видел таких как Пилат — уставших, больных, без надежды, совершающим «справедливость» не ради истины и человеколюбия, а ради политики и тех, в чьих руках власть.
Я совершенно не призываю к тому, чтобы подставлять вторую щеку и с улыбкой встречать убийцу. Хотя в некоторых случаях это может быть оправдано, после чего можно и ответить, вложив в удар всю силу любви. Читаем в Первом послании к Тимофею 5:8: «Если кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного». Это означает, что защита себя и своих близких — это священный долг. Праведный гнев существует, и справедливость необходима. Но нужно понимать, что «защитить» и «возжелать зла», «остановить зло» и «наслаждаться страданиями злодея» — это совершенно разные вещи. Это разные идеологии и подходы к жизни.
Я видел людей, которые, будучи одержимы местью, теряли себя и становились теми, кем никогда не хотели быть. Они погружались во тьму, теряя свою человечность, и в конечном итоге сами становились частью системы, против которой боролись. Они напрочь забывали о том, что настоящая сила заключается не в мести, а в способности прощать и идти дальше, несмотря на все испытания и страдания.
Каждый из нас сталкивается с выбором: стать частью этой жестокой игры или же сохранить свою душу и достоинство, даже когда мир вокруг нас полон несправедливости. Сила прощения — это не просто слова. Это глубокое понимание того, что месть не приведет к истинному удовлетворению. Это понимание того, что каждый из нас имеет право на свои чувства, но истинная свобода — это умение контролировать свои реакции и не поддаваться на провокации. Это значит, что даже в самых тяжелых ситуациях мы можем оставаться верными своим принципам и ценностям. В конечном итоге, мы должны помнить, что жизнь — это не только борьба. Это также возможность для роста, понимания и сострадания. Каждый из нас может выбрать, как реагировать на зло, и именно в этом выборе заключается наша истинная сила. Мы можем стать теми, кто создает свет даже в самые темные времена, и это будет нашей победой над системой, которая пытается нас сломить.
Я видел людей, которых ломали так, что, казалось, от них ничего не останется. А они вставали. Не потому, что им было легко. А потому, что внутри горел тот самый Образ Божий.
Они не мстили. Они жили. Жили так, что их жизнь становилась приговором для тех, кто пытался их уничтожить. Зло всегда пожирает своих носителей. Свет можно пытаться погасить, но нельзя заставить светить тьмой.
На фото «Картка споживача». Это 1990 год. Говорят, так система защищала внутренний рынок УССР и покрывала большинство товаров первой необходимости.
Карточки действовали на продажи мяса, колбас, сливочного и растительного масла, сахара, чая, круп, макарон, сыров, и кондитерских изделий. На стиральный порошок, туалетное и хозяйственное мыло, зубную пасту, одежду, обувь, ткани, бытовую технику, посуду и постельное белье. А на алкоголь и табак требовались еще и дополнительные специальные талоны.
Я не помню ни одного громкого судебного процесса по злоупотреблению этими отрезными купонами. Причина крылась в правовом статусе и физическом исполнении самих купонов. Их можно было напечатать сколь угодно на цветном ксероксе. Они продавались из-под полы. Я знавал людей, сколотивших на них неплохое состояние и уехавших в Англию.
Чиновники создали кормушку для удовлетворения своих желаний.
О сегодняшних говорить не хочу. А то еще станут в позу обиженных.
Пусть они врут. Пусть они рвут. Пусть пытаются убить. Пусть. Это их проблемы и их будущее. Думай, кто ты, и постарайся не стать тем, кем они хотят тебя сделать. И когда в очередной раз придёт ночь и захочется проклясть весь мир — остановись. Вспомни, чей ты образ. Не становись животным. Оставайся человеком.
Пусть страшно. Пусть трудно. Но не становись гиеной.
Ты — человек, и твоя сила в том, чтобы не потерять свою душу. Иначе, будущего не будет ни у тебя, ни у твоих детей.
Сил вам и терпения, взаимопонимания в семье и любви.
«Genius is patience»